ЛИДЕРСТВО И ЭЛИТАРИЗМ В КОНТЕКСТЕ СОЦИАЛЬНОГО ПРОЕКТИРОВАНИЯ

В.П.Логвиненко.  ЛИДЕРСТВО И ЭЛИТАРИЗМ В КОНТЕКСТЕ СОЦИАЛЬНОГО   ПРОЕКТИРОВАНИЯ. –  Всероссийская научная конференция.  «Россия в мире: гуманитарное  , политическое и экономическое измерение»М., 2010 

Лидерство и элитаризм  отражают  определенные социальные процессы и явления,  в том числе феноменологические, оценку которым невозможно дать с позиций одной науки (социологии, психологии, истории, культурологии, генетики и пр.), поэтому  автором предпринята попытка их рассмотрения   с позиций   социального  проектирования. 

Понятие «социальное проектирование» было введено нами в конце  девяностых годов пришлого столетия  как построенный на  системном подходе  и  технологиях подход,  позволяющий обеспечить достижение поставленных целей.  Именно на  основе социального проектирования  в 2001 году  были сформированы модели  нового рыночного хозяйствования спортивной отрасли и кинематографии,  инициирован  консультационный процесс по важнейшим направлениям социальной политики города Москвы.[1]  

Анализ публикаций показывает, что понятие  «социальное проектирование»  привлекало  внимание ученых в 70-88 гг. прошлого века. Существующие публикации и исследования позволяют заметить, что  термин  «проектирование» в  давние времена  ассоциировался  с утопическими проектами. К их числу относят «Государство» Платона , «Утопия» Томаса Мора,  произведения научной фантастики и футурологические прогнозы.

На фоне  ускорения всех процессов и информационного обмена между людьми в глобальной социальной системе в 21 веке значительно возросло значение  социального проектирования.

Как известно,  на каждом этапе развития общества изменяется  соотношение природной и социальной составляющей  окружающей   среды.  Учитывая кардинальные (парадигмальные)  изменения   в развитии  космологической системы, элементом которой является Земля,  мироздание созданное людьми,  сегодня требует существенных реконструкций,   что предполагает изменение  качества  мышления лидеров.   Новой эпохе    нужны лидеры и исследователи нового типа, способные отобразить и увидеть целостность новых явлений и процессов.

Очевидно, что важнейшей составляющей современного мироустройства, несмотря на развитие сетевого общества, являются иерархические образования.  Занимая руководящую позицию или возглавляя какой-либо творческий процесс, любой человек по определению является  лидером (формальным или неформальным).

Лидерство проявляется всегда и везде, где группе людей приходится решать какие-либо проблемы, затрагивающие интересы всех или большинства ee членов. Наиболее заметными лидерские отношения становятся в тех случаях, когда перед группой стоит задача перехода из одного состояния в другое, или когда группа занимается распределением ресурсов[2].

Анализируя  явление лидерства, авторы приведенной статьи  выделяют несколько  ступеней формирования лидерских качеств.  Если   исходить из того, что задатки лидерства заложены в человеке от рождения,[3]  то первой непременной  составляющей формирования лидера является достижение  соответствующего уровня культуры, образования и  профессионализма.

Второй составляющей является адекватная оценка собственного  потенциала, в первую очередь нравственного и интеллектуального. Наука, в том числе ее гуманистическое направление не могут найти достаточных аргументов для подтверждения этой и других важных для расширения сознания человека  закономерностей,  находящих подтверждение в социальной  практике,  включая  опыт успешных лидеров, а также эзотерические компоненты   знания.

Третьей составляющей  является  способность преодолевать стереотипы.  Данное положение чрезвычайно  важно,  учитывая, что мозг человека является самоорганизующейся системой,  формирующей   паттерны на основе  бессознательного.

Таким образом, лидерство – это не удел избранных, а образование и воспитание людей с определенными качествами,  функциональным потенциалом, заданным  генным фактором. А с позиций социального проектирования актуально  положение: «Феномен лидерства проявляется в любых более или менее организованных группах, стремящихся к какой-либо общей цели».[4]

  Объединяющими   важными для социальной практики чертами  современного  лидера   из перечня приведенных исследователями,  нами особо выделены:  предвидит потенциальные возможности;  создает общее видение будущего;  способствует развитию способностей людей, делегирует им полномочия;  ценит в людях различия;  развивает командный подход к работе, чувство партнерства;  приветствует перемены и  действует в соответствии с провозглашенными ценностями.[5]

Как видно из приведенного,  современному лидеру важны качества, позволяющие формировать  алгоритм достижения общественно значимых целей  и  обеспечивать  его наполнение на основе конкретных дел, т.е.  проектировать,  используя  для этого при необходимости  потенциал команды.

В этом контексте актуальным  становится  следующая трактовка лидерства: «Лидер (англ. leader — вести, руководить)  — личность,  пользующаяся  неоспоримым  авторитетом  и уважением в соответствии со своими личными выдающимися человеческими,  интеллектуальными или профессиональными качествами.[6]

Не акцентируя внимания на возможных разночтениях данного определения, уточним:   лидер –  человек, трансформирующий и создающий единое поле понятий,  снимающее  противоречия, разграничения и разночтения при   достижении значимых целей.

Одним из важных составляющих феномена лидерства  является   харизма, присутствие которой в человеке определяется его окружением.  В классическую социологию термин «харизма» ввел Макс Вебер. В его представлении харизмой называется качество (или совокупность качеств), благодаря которым окружающие признают в носителе харизмы лидера, вождя, то есть человека, способного убедить в своей правоте, повести за собой.

С учетом приведенного, мы подходим к наиболее уязвимому фактору эффективного социального проектирования -  нашему  мышлению.  Еще Альберт Эйнштейн  отмечал,  что  нужен существенно новый способ мышления,   если человечество хочет выжить. Отметим, что  до настоящего времени у цивилизованного человечества доминировал аналитический стереотип мышления, возможностей которого уже явно не хватает для решения  неотложных задач, предопределяющих его будущее.    

К сожалению, вековая работа по «изгнанию» духовного начала из жизни человечества привела к тому,  что в общественном сознании воцарился рационализм,  стал единственным официальным методом познания.

Необходимо подчеркнуть,  важность интуиции  как  феномена познания человеком вещественного и духовного мира.  Понятие «интуиция» (от  старолатинского intuition – созерцание) имеет разные определения.  Но  современные исследователи этой проблемы, независимо от их мировоззренческих убеждений,  едины  в том, что   интуиция возможна на основе бессознательного и может получить рациональное объяснение в пределах теории бессознательного .[7]  

На необходимость расширения сознания  одними из первых указали  восточные философы, что отображено во  многих философских концепциях и духовных трудах. Ведь природа человека содержит как рациональное, так и духовное, начало. Как известно, «..некоторые культуры давних  и средних веков, в частности, старославянский могли одинаково владеть правой и левой рукой, а оба полушария мозга играли одинаково важную роль. И интуиция, и ум, — каждый в своей области равно служили людям в познании бесконечно сложного мира"»[8]

Однако интуиция, как отдельный процесс восприятия, сопряжена с возможностью  ошибок,  увлеченностью и проявлениями неадекватности у отдельных людей.    Нобходимо учеитывать, что в процессе социального управления и проектирования цена  «ошибочных  воззрений»  лидера возрастает и тиражируется, проходя по иерархическим слоям структуры управляемой системы. Поэтому необходимо тщательно проверять интуитивные решения, обращаясь не просто к логике, а к системному анализу.

Сегодня можно утверждать,  что истинная социальная  «ценность» человека определяется не столько положением в обществе, сколько высотой творческого и зрелостью  созидательного  проявления.  Это утверждение  позволяет оценивать достаточность-недостаточность  исследования феномена элитаризма  или  элитарности  как соотнесенности научных, культурных, политических и иных социальных явлений лишь с узким кругом людей (элитой).[9]

Внимание к проблематике «элит» в России значительно усилилось после исторического броска, предпринятого группой  людей, олицетворяющей правящую элиту того времени.  Одновременно с этим исследователи отмечают, что   элитологический бум   с начала 90-х гг.  XX века   стал    характерной чертой  глобального развития.  Особую значимость приобрела   деятельность властных элит, что повлекло за собой  формирование комплексного направления элитологических исследований, включающее политическую элитологию, социологию элит, историческую  элитологию, психологию элит и другие разделы научного знания об элитах.  

При исследовании  элитаризма,  можно выделять по аналогии с лидерством  формальную и неформальную элиты. Власть и влияние формальной элиты базируется на её положении в соответствующих иерархических структурах, например государственных.  Представители неформальной элиты могут и не входить в официальные иерархии, но, тем не менее, оказывать значительное влияние на мировоззрение и поведение значительной части социума. Например, Л. Н. Толстой, несомненно, оказывал огромное влияние на современное ему российское общество, но никаких официальных постов при этом не занимал. Альберта Эйнштейна часто воспринимают как косвенного лидера из-за его работы в сфере атомной физики, что,  несомненно, приобщает  его к  рангу элит.

Необходимо отметить, что на современном этапе при объяснении особенностей современного элитаризма происходит попытка адаптировать старое наполнение этого понятия к новым реалиям. 

Элитарность, несомненно,  связана с образованием и не имеет  сущностного отношения к  «звездности», публичной элитарности  и прочим проявлениям  постмодернистского этапа развития общества.

Интересные сведения представлены  в материале издания Полит.Ру от 7 марта 2010 г.:  «Современные российские элиты. Особенности генезиса, взаимодействия и позиционирования во власти» в разделе «Политическая наука». На основании проведенного анализа  состояния проблемы и подходов к ее исследованию представлены следующие выводы:  «В постсоветской политической системе взаимоотношения политической и интеллектуальной элит значительно усложнились….».[10]

Несмотря на ценность приведенных  исследований для  читателей,  в ней не отражены новые тенденции и вызовы, уже наметившиеся в социальном пространстве, не учитывать которые при  социальном проектировании невозможно.  Тем не менее, приведенные данные корреспондируются с нашими выводами о  возникновении  сложной   диверсифицированной картины  взаимодействий современной политической,  духовной,  интеллектуальной и  бизнес элиты.

Как утверждают известные политологи и социологи,  «восстание масс» в начале XX века  сменилось «восстанием элит»  в конце века. И коль скоро убеждение в том, что «массы творят историю» пошатнулось, все большее внимание и возросшие требования предъявляются к тому избранному меньшинству, которое называют элитами. Тем отчетливее будут сформулированы  требования к профессиональным качествам правящих групп, тем  эффективнее будут решаться задачи политического и социального устройства, тем больше шансов появится у человечества для выхода  на путь устойчивого развития.

На мой взгляд,  в процессе социального проектирования целесообразно учитывать следующие классы элит: социально-политическая, культурно-просветительская, религиозная  и представители закрытых организаций и посвященных.    

В процессе  социального проектирования, основанного на адекватных теоретико-методологических средствах,  решение вопроса «смены»  элит происходит с учетом преемственности и одновременном  существовании различных  проявлений элитаризма.  Одной из составляющих социального проектирования является дискурс,  соответствующий канонам и принципам системного дискурса, принципам развития и построения эффективных коммуникаций.[11]

Элита –  не может быть неинтеллектуальной, но, как уже отмечалось, сегодня для реализации всех необходимых для  устойчивого развития  шагов важно новое целостное мышление, в котором важнейшей составляющей является творческая составляющая. Уместно и замечание  Т.Б. Кудряшовой : «Для того, чтобы быть на высоте — на лично человеческой высоте, при выполнении даже безличных функций, человек должен владеть высокой мерой творческого отношения к миру и к себе. То есть индивид может оставаться человеком в описанных условиях и быть способным к контролю событий лишь при все более высоком минимуме креативности.[12]

В соответствии  с современным толкованием, творчество – высшая форма универсального понимания креативности, имманентно присущая всем уровням  иерархии бытия; способствует самосохранению и воссозданию сущего с помощью качественных трансформаций их структур.[13]

Творческая,  профессиональная и интеллектуальная самореализация человека наилучшим образом происходит на основе Законов Золотого сечения, ярко проявленных в сфере культуры: музыке, архитектуре, живописи.  Творчество отвечает природе человека и  по  утверждению  Л.С. Выготского является   необходимым  условием существования, и все, «что выходит за пределы рутины и в чем заключена хоть йота нового, обязано своим происхождением творческому процессу человека».[14]

В настоящее время в образовании предпринимаются попытки  замены  парадигмы «человека знающего» (т.е. вооруженного системой знаний, умений и навыков) на парадигму «человека, подготовленного к жизнедеятельности». Однако до настоящего времени не существует системных  проработок,  направленных на формирование целостного  мышления, хотя это понятие вошло в социальную и научную практику.[15]

Целостным мышлением психологи  называют  совокупность методов логического, наглядно-образного и наглядно-действенного мышления. Исследователи отмечают,  что целостное мышление основано  на совместной  работе обоих полушарий головного мозга, а не на какой-то одной стороне мышления,  к которой у ребенка якобы есть склонность. Чаще всего так называемая "склонность" к тому или иному виду мыслительной деятельности - это всего лишь попытка замаскировать неумение школы работать с разновидностью мышления, отличной от традиционного, т. е. вербально-логического[16]

В контексте идеи «глобальной креативности»,   важной составляющей при исследовании проблем развития общества становится социальное проектирование  как творческий процесс научного осмысления и разработки программ действий.  Исходя из характерных признаков творчества, можно допустить, что на его  основе   можно сознательно повышать   эффективность социального проектирования.

В 40 х годах XX века французский ученый Жан Пиаже обосновал закономерность восприятия и усвоения информации, которая неизбежно проходит следующие этапы, которые  можно также назвать этапами процесса целостного мышления. Это: 1. Сенсорно-моторный этап (этап получение информации от органов чувств: зрения, слуха, обоняния, осязания, вкуса).

2. Символьный этап. На этом этапе происходит формирование образа на основании информации, полученной от органов чувств на первом этапе. 

3. Логический этап. Происходит логическое осмысление, понимание информации, полученной в виде голографического образа на 2 м этапе.

4. Лингвистический этап. Человек способен выразить образно воспринятую, логически осмысленную информацию в словах[17].

         Работы Ж.Пиаже (генетическая и экспериментальная психология), Я.Цурковского (теория контрольных психических процессов), Н.Носова             (виртуалистка) – важнейшие элементы современного концептуального подхода к решению проблематики, вязанной с формированием нового мышления человека 21 века.  

Как отмечает   Е.С.  Рапацевич ,  традиционная дидактика строилась на позиции, что формирование понятий у учащихся происходит только путем восхождения от частного к общему, от эмпирически конкретного к абстрактному. «Однако передовая педагогическая практика, опирающаяся на концепцию В.В. Давыдова, показала, что возможен и другой, более эффективный путь формирования понятий - восхождение от абстрактного к конкретному, что обеспечивает у учащихся формирование теоретического мышления».[18]

Формирование нового целостного мышления,  не отрицая аналитического  подхода к миропониманию, а дополняя его, приводя к расширению сознания человека  –  это главная образовательная задача современности, в первую очередь касающаяся тех, кого назывют  лидерами и причисляют к элите.

Возможен ли управляемый  процесс формирования целостного мышления?  На мой взгляд,   это задача социального проектирования, которая может решаться в двух основных направлениях: 1. Индивидуального совершенствования на основе творчества с целью развития недостающих и поддающихся развитию качеств мышления,  приближающих его к целостному,  и обретения способности «вмещения» процессов и явлений. 2. Использования  коллективных методов работы на основе системного моделирования команд,  способных к воссозданию целостной картины при изучении социальных процес сов и явлений.  Определяющее  значение при  этом имеет качество  коммуникационных связей,  отвечающих  принципу дополнительности и олицетворящих наличие истинного лидера команде.

 Помимо вышеприведенного,  приемлемым и эффективным  путем выхода но новый системный уровень мышления (как научного, так и индивидуального)  считаем  освоение курса Инвариантного моделирования (ИМ) акад. А.Малюты. Освоение методологии, приемлемой для оценки, анализа сложных систем и прогнозирования процессов развития, позволит учесть и факторы, значение которых еще не достаточно осознанно или недооценивается.

Отметим, что помимо усилий самого человека на пути к целостности, уже сегодня важно учесть некоторые прогнозы.  Одним из определяющих факторов структурно-функциональных изменений и качественных трансформаций культурно цивилизационных параметров современного мира и самой психики человека ближайшего будущего  станет «экранная революция», которую можно сравнить разве что с возникновением письменности. Наступает период «экранной революции»,  которую  сравнивают  с возникновением письменности.  Об этом говорят в элитных кругах,   стало  очевидным  в молодежной среде,  но  в самой киноиндустрии желаемые изменения происходят очень медленно.

Известный кинорежиссер  Питер Гринуей отмечает, что современное кино – это синтез живописи, литературы, телевидения и театра.  Как известно, формируя культурное пространство, человек осуществляет свой способ виденья мира. В свою очередь культурное пространство влияет на человека. И не только через создание внешних знаковых форм (архитектура, интерьер, костюм и так далее), но и через изменение образа жизни, конструирования его, нового подобия.

Если учитывать, что социальное проектирование может быть организовано лишь в контексте поставленных целей (политических, социальных, экономических, образовательных)  задача  формирования новых лидеров и новой  деловой элиты может решаться  на этой основе  с учетом вышеизложенного.




[2] Лидерство как механизм постоянного обеспечения конкурентоспособности –

http://www.creativeconomy.ru/library/prd241.php

[3]См.:  Менегетти А. Психология лидера: Пер. с итал. — М.: Славянская ассоциация онто-психологии, 1999.

[4] Словарь практического психолога/ Сост. С.Ю. Головин. — Минск: Харвест, 1998.

[5] См.: The evolving role of executive leadership/Andersen Consulting Institute for Strategic Change. — Chicago: Andersen Consulting, 1999. — 78 p.

[7] Див.: Большой энциклопедический словарь: философия, социология, религия , эзотеризм, политэкономия – Мн: МФЦП, 2002. – 1008 с., с. 319

[8] Нейрофизиология. Краткие  статьи. – http://www.galactic.org.ua/Prostranstv1/n-kopot-8-1.htm

[9]  См.: Яценко Н.Е. Толковый словарь обществоведческих терминов.-С

 

[11] См.:Алан Бадьо. Апостол Павел. Обоснование универсализма. – Москва-Санкт-Петербург, 1999.

[13]  См.: Новейший философский словарь  ‑

http://slovari.yandex.ru/dict/phil_dict/article/filo/filo-785.htm&stpar1=1.2.1

[14] Выготский Л.С. Собр. соч. в 6 т.  М.: Педагогика, 1983.

[17]  См.: Пиаже Ж. Избранные психологические труды. — М., 1994; http://www.sunhome.ru/psychology/1366

[18] Рапацевич Е.С., Педагогика: Большая совр. энциклопедия, Минск, «Современное слово», 2005 г., с. 421.